Эмбриология человека

Внутренности брюшной полости выпячиваются через это отверстие в диафрагме в плевральную полость (рис. 306, А), препятствуя тем са­мым надлежащему расширению легкого и часто оказывая косвенное давление на сердце. Обычно в этих случаях удается хирургическим путем вправить эту диафрагмальную грыжу и устранить дефект в диа­фрагме. Такая операция дает хорошие результаты значительно чаще, чем хирургическое вмешательство при многих других типах врож­денных дефектов. Необходимо указать, что врожденное отсутствие части диафрагмы не является единственной причиной появления диафрагмальной грыжи. Диафрагма, будучи сплошной при рождении, может впоследствии ослабнуть в каком-нибудь месте, благодаря чему некоторые внутренности брюшной полости выпячиваются в плевральную полость. Однако такое постнатальное развитие диафрагмальной грыжи обычно легко определить, так как в этом случае выступающие внутренности покрыты брюшиной.

Выпячивание внутренностей из брюшной полости может про­исходить не только через диафрагму. Наиболее слабыми участками брюшной стенки является пупочная и паховая области. Пупочная грыжа рассматривается несколько позднее, в связи с другими ано­малиями положений кишечного тракта и брыжеек. Паховая грыжа будет рассмотрена в главе, посвященной мочеполовой системе, в связи с развитием мошонки.

Дефект перикарда, который вызывает относительно небольшое функциональное нарушение, может возникать в результате непра­вильного развития плевроперикардиальной складки. В этом случае перикардиальная и одна из плевральных полостей сообщаются друг с другом, причем отверстие может быть различных размеров. При нормальном состоянии такой дефект не вызывает каких-либо функцио­нальных нарушений и может быть замечен лишь при распространении плевральной инфекции в перикардиальную область. Как и при дефек­тах плевроперитональных складок, которые являются причиной диафрагмальной грыжи, эта аномалия более часто встречается на левой стороне.

Временная оценка жизни эмбрионов на основе его характеристик и анамнеза

Даже если в некотором значении плод предварительно сформирован в гаметах, из которых он сложился, его жизнедеятельность как нового организма возникает после оплодотворения. Возраст после осеменения у зародыша homo sapiens, доставленного в медлабораторию для проработки, практически никогда не известен, если не учитывать наиболее ориентировочные данные. Даже в том случае, когда плод сопровождается наиболее обстоятельными клиническими показаниями, извещения по обыкновению базированы исключительно на усилиях больной припомнить факторы своей сексуальной активности за последнее время. Если предполагать, что информации о дате начала предшествующего беременности менструального зафиксированы в календаре, сохраняется все же непонятным то время менструального цикла, когда у этой женщины состоялся разрыв фолликула, сопровождавшийся выходом готовой к оплодотворению яйцеклетки. Если для целостности мотивировки мы положим, что период овуляции и того единичного соития, которое явилось удачным, определены, то и в таком случае мы способны установить период обсеменения с точностью от половины суток до суток. Если эмбрион с подобным чрезвычайно содержательным анамнезом приобретён по факту самопроизвольного прекращения беременности, то однако неопределенно время его разрушения. Мы не имеем признаков для вынесения решения о том, за сколько до появления на свет прервалось его формирование и наступила гибель. Судя по степени всасывания тела эмбриона, какой порой виден в извлеченных кожистых оболочках, понятно, что интервал между смертью зародыша и выкидышем может быть изрядным. Обозначенные интервалы слишком изменяют, для того чтобы была возможность провести как можно более верное суждение об их продолжительности в каждом единичном случае. Наиболее идеально уцелевшие эмбрионы извлечены при врачебных операциях. Когда правильно развивающийся плод получен при хирургическом вмешательстве, мы с однозначностью осведомлены по крайней мере о временном промежутке его гибели.

Все вышеназванное акцентирует повышенную значимость составления по возможности особенно верного сообщения о развитии эмбриона в каждой ситуации, где беременность нужно было прервать хирургическим путём, а также указывает на весомость собирания данной информации о развитии эмбриона вместе с старательно сохраненным эмбрионом для исследования в лабораторных условиях, где эмбрион будет , а затем изучен посредством прочих средств, незаменимых для диагностирования ступени его роста. Только при анализе всех указанных данных мы в силах повысить фактичность имеющихся сведений о тех феноменах, что протекают в ходе развивающегося в утробе матери существования.

назад далее